Когда был поход тысячи гарибальди

Цифры Warspot: 1 089 человек

Первая война за объединение Италии 1848–1849 годов не смогла освободить разрозненные итальянские государства от австрийского господства. Однако она придала импульс освободительному движению — Рисорджименто (итал. «Возрождение»). Одним из его эпизодов стали восстание в Королевстве обеих Сицилий, направленное против правящей династии Бурбонов, и поход революционера Джузеппе Гарибальди на помощь повстанцам — легендарная «экспедиция тысячи».

В мае 1860 года отряд Гарибальди, насчитывавший 1 089 человек, отплыл на двух кораблях из Генуи и высадился на Сицилии. Добравшись с боями до Палермо, революционеры ворвались в город и при поддержке его жителей и нескольких тысяч крестьян изгнали оттуда войска короля обеих Сицилий Франциска II. Гарибальди провозгласил низложение правящего короля и объявил себя диктатором Сицилии. Пример Палермо вдохновил и другие сицилийские города: местные жители восставали против королевской администрации и тем облегчали продвижение Гарибальди. К началу августа насчитывавший уже 20 тысяч человек отряд овладел всем островом.

Кто такой Гарибальди и чем он знаменит?

Хотя Гарибальди действовал от имени сардинского короля Виктора Эммануила II, он не спешил передавать Сицилию монарху. Вместо этого революционеры перебрались на материк. 7 сентября Джузеппе Гарибальди въехал в Неаполь, покинутый Франциском II. Дальше революционер предполагал двинуться на Рим, чтобы продолжить объединение Италии.

Однако к этому времени в рядах национального движения образовался раскол между демократами и либералами-монархистами. Крестьяне требовали передать им землю, а богатые землевладельцы этого, естественно, не хотели и с надеждой смотрели на соседний Пьемонт. Вскоре войска Виктора Эммануила двинулись к Неаполю, перекрыв Гарибальди дорогу на север. В октябре территория Королевства обеих Сицилий была присоединена к Сардинскому королевству, а Гарибальди сложил с себя диктаторские полномочия и удалился на остров Капрера.

Источник: warspot.ru

Когда был поход тысячи гарибальди

LiveJournal

Нет аккаунта? Зарегистрироваться

«Тысяча» Гарибальди.

  • May. 6th, 2011 at 8:17 AM

6 мая 1860 года — 53-летний Джузеппе Гарибальди с тысячью добровольцев на двух парусных судах отплыл из Генуи и через пять дней высадился в Сицилии.

В 1860 году начались народные волнения на юге Италии. Сначала национальный подъем охватил Сицилию, потом все Неаполитанское королевство. Гарибальди реагировал на происходящие там события следующим образом: «Я не советовал сейчас поднимать восстание, но если сицилианцы взялись за оружие, это святой долг каждого помочь им в деле освобождения».

После некоторого колебания он согласился возглавить экспедицию в Южную Италию, которая впоследствии стала известной как поход гарибальдийской «Тысячи» и сыграла важную роль в объединении Италии. Экспедиция эта проводилась под лозунгом «Италия и Виктор Эммануил». К этому времени в Пьемонте правил Виктор Эммануил II, ставший королем в 1849 г. после отречения отца Карла Альберта. Перед отправлением Гарибальди послал ему письмо, в котором решительно предстал в роли подданного, осмелившегося ослушаться лишь потому, что он хочет лучше служить своему государю и родине.

Джузеппе Гарибальди: герой объединенной Италии

В ночь с 5 на 6 мая 1860 г. два парохода с добровольцами, возглавляемыми Гарибальди, вышли из Генуэзского залива и направились к берегам Сицилии. Премьер-министр Кавур в отпет на запрос английского правительства так сформулировал свою позицию в отношении похода Гарибальди: «Правительство короля сожалеет об этом предприятии: оно не может ему помешать, но и не помогает ему; оно не может также с ним бороться «.

Поход Гарибальди был успешным и привел к освобождению Юга Италии от власти Бурбонов.

Источник: sandinist.livejournal.com

Гарибальди: герой двух миров и одного острова

Военно-политический успех Рисорджименто, который достаточно оперативно одобрила Россия, изменил государственную идеологию империи. Она признала за нациями право бороться против иноземного ига и за свою цельность разными путями, включая «революционный», предложенный Гарибальди. После гарибальдийских походов выступления подданных против своих легитимных государей как будто перестали быть «революцией». Возникла новая пангосударственная идея – свобода нации.

РI в рамках первых подступов к итальянскому развороту проблемы политического консерватизма решила обратиться к обсуждению одного из самых странных персонажей политической истории XIX столетия – Джузеппе Гарибальди. Человек, как будто соединяющий в себе качества Бонапарта и Муссолини. Республиканец, масон и антиклерикал, признавший власть Савойской династии и добровольно отошедший – на время – от политической активности, чтобы вновь к ней вернуться, уже столкнувшись с силами правительства королевства. Самый популярный европейский революционер XIX столетия, о котором почему-то не снимают сегодня фильмов и не пишут книг. Любопытная тема «Гарибальди и Россия», в том числе Россия консервативная, с ее мечтами о славянском Рисорджименто и сочувствием осажденному революционерами папскому престолу – эту тему отчасти поднимает в своем очерке историк Михаил Талалай.

Самый устойчивый эпитет у Гарибальди в итальянской культуре – «герой двух миров», «eroe dei due mondi». Звучное прозвание закрепилось не только за ним: так прозывают, к примеру, маркиза Лафайета. Но у итальянцев есть только один несомненный «герой двух миров» – это Джузеппе Гарибальди.

У такой великой и многогранной личности есть и другие апеллятивы – нередко его титулуют как «condottiero biondo», «полководец-блондин». Но этот термин за национальные границы не проник – только в стране жгучих брюнетов можно дивиться светлым шевелюрам, да и какому-нибудь скандинаву Гарибальди блондином вовсе не покажется.

Итак, герой двух миров – Старого и Нового, Европы и Америки (Южной).

Что делал Гарибальди в Южной Америке и за чью свободу там боролся – современники представляют смутно: даже ознакомившись с подробностями его южно-американского периода, не вполне понятно, зачем молодой итальянец проливал кровь за эфемерную республику Риу-Гранди, и почему он служил уругвайскому оружию против аргентинского.

Гарибальди несет умирающую Аниту. Итальянский лубок

Самое же главное, чего он добился в Южной Америке, – это рука бразилианки Аниты ди Жесус Рибейру, вошедшей в бессмертие как Анита Гарибальди. К моменту их счастливой встречи она была уже замужем, но Гарибальди при венчании со свойственным ему бесстрашием поклялся на Библии, что его суженая – вдова…

Есть еще один южно-американский трофей – знаменитое пончо, без которого Гарибальди теперь невозможен. К пончо следует добавить красную рубашку: красную шерстяную ткань, заготовленную для тамошних мясников (дабы не смущаться пятнами крови), Гарибальди обнаружил на складе в Монтевидео и обшил в нее своих соотечественников-волонтеров, бившихся на стороне уругвайцев против аргентинцев.

В целом, он проявил необыкновенную художественную чуткость в той сфере, что теперь называется пиаром: и в кабинеты уже объединенной Италии, в которых он мог получить самые толстые портфели, он приходил в диковатой крестьянской накидке, несмотря на предсказуемое недовольство от сюртуков и галстухов.

Бои местного значения в Южной Америке на заслоняли Гарибальди главной его мечты – увидеть родину единой и свободной от иноземцев (а также и республиканской). С середины XIX века он с Анитой и со своими краснорубашечниками – на итальянской, еще раздробленной земле.

Красные рубашки в Музее Рисорджименто в Генуе

История поступательного объединительного процесса на Апеннинах – Рисорджименто – хорошо известна. Однако она до сих пор удивляет своей свежестью и неформальностью, конечно, же благодаря браваде Гарибальди – не могут же вдохновлять другие, не менее важные герои Рисорджименто, два толстяка – король-объединитель Виктор-Эммануил Савойский и его премьер граф Камилло Кавур: пусть в каждом итальянском городе в их честь названы центральные улицы и площади, не они зажигают сердца потомков.

Хотя делали вместе одно и тоже дело – только с разных сторон: снизу и сверху, и разными методами: Гарибальди – боевыми походами добровольцев и патриотическим пафосом; Савойский Дом – не без баталий, но и путем сговоров, альянсов, участием в дальней Крымской войне и через тайную сдачу Франции Ниццы (родного города Гарибальди!).

В драматическом процессе собирания итальянских земель Гарибальди проявил себя не только отчаянным бойцом, которого, согласно общему убеждению, не могла взять вражеская пуля, но и гениальным политиком. Так, будучи убежденным республиканцем, он пришел к выводу, что его нация готова стать единой лишь под королевской короной. Открытый и бескорыстный, он – ради победы на неаполитанскими Бурбонами – сумел договориться с местной мафией, называемой в Неаполе каморрой. И многое другое…

К инструментам его политического влияния следует отнести и самоизгнание на скромный остров Капрера. В настоящее время – там Национальный музей, который при первой возможности посетил и автор этих строк.

На Капрере «герой двух миров» и нашел свое последнее пристанище.

Но отчего же она, – Капрера?

Еще при жизни Гарибальди этот островок посетил русский краснорубашечник – Лев Ильич Мечников (1838-1888), брат знаменитого ученого. Свой блестящий ум Лев поставил на службу общественно-политической деятельности с анархическим уклоном и – науке: истории, географии, этнографии, предвосхитив новое направление, названное геополитикой. Основную часть жизни он провел заграницей, и только теперь открываются истинные масштабы этой личности.

Автопортрет Мечникова-гарибальдийца

Проникновенный аналитик, Мечников, отправившись на Капреру, поставил себя тот же вопрос: отчего герой двух миров, собравший огромное независимое государство, оказался там?

Позволим себе обширные комментарии из забытого очерка «Капрера», опубликованного в журнале «Современник» в 1862 г. (№№ 3-4). Автору тогда пришлось скрыться за псевдонимом Леон Бранди, весьма прозрачным, если учесть, что brando – это по-итальянски «меч». Однако под своей фамилией Мечников печататься не мог: русское правительство тогда отрицательно относилось к человеку в пончо и к тем своим подданным, что надевали его красные рубашки.

Итак, в 1862 году Лев Мечников, недавно участвовавший в неаполитанском походе Гарибальди (т.н. Экспедиция Тысячи 1860 г.), прибывает на Капреру, «маленький пустынный островок, в проливе св. Бонифачио, между Сардинией и Корсикой, о существовании которого каких-нибудь 20 месяцев тому назад едва ли кто знал в Италии, за исключением сардинских рыбаков».

Действительно, всего полтора года тому назад обитатель этого острова, взяв Сицилию и Неаполь и принеся итальянской короне – по словам Мечникова – «десять миллионов новых подданных», уплыл на Капреру, отказавшись от почестей и вознаграждений.

Автор уточняет: «Итальянское правительство приняло впрочем на этот раз необходимые предосторожности и прислало ему патент на чин генерала и диплом кавалера Савойского креста, с пенсионом в 1200 франков в год (300 руб. серебром). Не знаю, будет ли Гарибальди носить крест, но от пенсиона он уже отказался, как и ото всех предложенных ему правительством вспомоществований».

Теперь «глаза всех обращены на нее, вся Италия у нее [т.е. у Капреры] ждет решения своей участи. Все, что есть в Италии смело думающего, горячо преданного благу родины, отправляется на поклонение в Капреру, как правоверные в Мекку; самые иностранцы посещают ее далеко не с тем чувством холодного любопытства, с которым они посещают остатки древних амфитеатров и храмов».

О какой же «участи» говорит – полунамеками – Леон Бранди?

В тот момент, в самом деле, не только Италия, но и Европа замерла – что же будет с Рисорджименто далее? Под савойской короной теперь пребывал Север и Юг Апеннинского полуострова, в то время как его Центр представлял собой агломерат государств разной величины и значения, среди которых главенствовал Рим с Папской областью.

Быть ли Вечному Городу вновь столицей нации? Франция и Австрия говорили тогда решительное «нет», Гарибальди – только «да», король-объединитель отмалчивался. Россию не могла не интересовать судьба Папского государства, с которым в 1840-е гг., после визита Николая I в Рим, сложились сотруднические отношения в духе освеженного Священного Союза (хотя папа римский в него номинально не входил) – ввиду совместной консервативной обороны от европейских революций.

Однако в 1860-е годы, уже при новом царствовании и, в особенности, после Крымской войны, похоронившей чаяния Священного Союза, с берегов Невы несколько иначе смотрели на берега Тибра. Нельзя не учесть и существовавшее вековое убеждение на Руси, что духовному владыке западных христиан земная власть негожа, и что государство пап римских должно иметь очертания небесные, а не реальные административные.

Вернемся на Капреру – по следам Мечникова:

бюст Гарибальди на Капрере

«Местность этого острова дика, а все дикое теперь очень живописно: скалы моря, густая зелень дерев, насаженных руками самого Гарибальди – все то же, что и на всех других итальянских островах Средиземного моря. Что именно заставляет каждого, вступающего во владения Гарибальди, чувствовать себя среди совершенно новой для него жизни? Природа растительности слишком хорошо знакома всем и каждому, нет ни одного куста, имеющего хотя сколько-нибудь экзотический вид; стада волов пасутся на небольшом луге, с совершенно такой же тупой и хорошо всем известной физиономией, как и сотоварищи их в малороссийских степях; домик владельца, белый, каменный, в один этаж, архитектуры совершенно общей всем небогатым итальянским загородным домам и виллам…

Именем Гарибальди полна Италия, перед ним преклоняются все партии, даже самые враждебные по политическим видам и целям; он кумир и городского пролетария столицы, и бедного хлебопашца какого-нибудь захолустья горной Тосканы, до которого только оно одно и жило изо всей итальянской революции».

…В 1860 году Мечников (пролив кровь на поле боя) сам, вместе в Гарибальди вошел в Неаполь, павшую столицу королевства Обеих Сицилий. Эту эпопею он описал в «Записках гарибальдийца» (переиздано под нашей редакцией в 2016 году).

Да, возник было неподдельный и бурный энтузиазм вновь обретшей себя нации. Однако проницательный русский наблюдатель видел, как быстро чернь, и не только она, сменив свои знамена и геральдику, бросилась добывать себе место под солнцем при новом правлении, видел, как хищно бросились в богатый южный край алчные пьемонтские бюрократы. Как писал Мечников, «для итальянского движения наступил тот период, когда всякого рода «мошки да букашки выползают из щелей, в которые они было попрятались на время грозы. Не желая быть зрителем этого необходимого, но очень печального эпилога к своей блистательной драме, сделав Италию, присоединив к скипетру Виктора-Эммануила более 10 миллионов граждан, чувствуя вместе с тем, что для Италии необходим отдых, по крайней мере на время, Гарибальди решился воспользоваться сообразно с собственными наклонностями предоставившейся ему свободой. Не требуя себе ничего в награду за свои подвиги, кроме только того, чтобы позабыли его до тех пор, пока он снова станет нужен для Италии, он отправился в маленькое свое имение на Капрере».

Итак – очевидная рекреативная пауза, в том числе и для Италии. Но это – и социальный эксперимент – Гарибальди на Капрере устраивает трудовую коммуну, которой восхищается Мечников:

«Убежденный, что человек, не работающий сам, не имеет права пользоваться никакими доходами, он сам обрабатывает свою землю, прибегая к помощи наемных работников только там, где труда его собственных рук недостаточно. На Капрере у него живет несколько человек крестьян, с которыми он заключил совершенно новые для Италии условия. Он встает с рассветом, отправляется вместе с своими работниками в поле; около полудня он отправляется на охоту, затем обедает, потом спит несколько часов, к вечеру опять отправляется в поле, и только по заходе солнца возвращается домой, и это единственное время, которое он уделяет своим друзьям и посетителям. обед ему приготовляет единственный его прислужник, живущий на правах домашнего друга. Обед у него не очень роскошный, но приготовленный чисто и хорошо; состоит по большей части из овощей, насаженных рукою самого хозяина, и из дичи. Этот его образ жизни возбудил удивление в целой Италии, и может быть, даже не в одной только Италии; многим казался он слишком неестественным: одни желали видеть в нем протест против неблагодарности правительства, другие – желание отличиться во всем от большинства смертных».

Согласно автору – нам кажется, что тут он, из-за своих собственных политических увлечений – несколько преувеличивает «до сих пор только один голос поднялся в целой Италии в их [крестьян] пользу, только один человек назвал себя их братом, и назвал не неосновательно: он понимает их нужды, то важное значение, которое они должны иметь в будущей внутренней жизни возродившейся Италии; человек этот Гарибальди, Бог знает, каким инстинктом понявший их темную жизнь, остающуюся загадкой для всей муниципальной Италии, в которой она возбуждает только вражду и презрение».

В своем репортаже Мечников в подробностях описывает жизнь Гарибальди на Капрере.

При этом лейтмотивом звучит все тот же вопрос:

«Имел ли Гарибальди в виду, отправляясь на Капреру, отчуждаться совсем от политического движения Италии, до тех пор, пока не наступит время докончить, с оружием в руках, так блистательно начатое им дело – я не думаю. Он и желать этого не мог, а если бы и желал, то обстоятельства, конечно, никогда не позволили бы ему это сделать. Как бы то ни было, оставив почти Италию, сложив с себя все чины и форменные отличия, распустив свое войско, Гарибальди остался все же тем, чем был прежде, то есть главою и центром итальянского движения, выступившего теперь в совершенно иной форме своего развития».

Живший те годы в Тоскане Мечников внимательно следил за сенсационными политическими процессами и в самой Италии, и за ее пределами. В самом деле, после похода Гарибальди – и благодаря ему – в Европе (в 1861 г.) самопровозгласилось новое огромное государство – Итальянское королевство. Внешне оно было украшено всеми подобающими монархическими регалиями, но его базис сколотил бунтарь-республиканец в пончо. Было над чем задуматься в европейских кабинетах. И в самом новом королевстве, после первых восторгов, наступили дни рутинной работы, осложненной невнятным внешним положением страны и внутренней борьбой за власть.

«Гарибальди конечно с большим трудом выносит свое бездействие при этом жалком состоянии дел своей родины. Его молчание по этому поводу особенно стращает умеренных: добро бы он хоть протестовал словесно или письменно против того дурного употребления, которое делает министерство из итальянской независимости. А то он ни слова не говоря, не мешаясь по-видимому ни во что, одиноко живет на своей Капрере, словно ждет минуты… И он действительно ждет этой минуты, только вовсе не в бездействии. Многое изменилось в Италии с тех пор, как Гарибальди уехал на Капреру, и не бесплодно провел он там 17 месяцев в тяжелых полевых работах, в дружеских совещаниях с личными своими друзьями, и богатую жатву пожнет Италия с тех бобов и картофеля, которые сажал он там в минуты досугов».

Лев Мечников – и не он один – предвидел, что герой двух миров вскоре вовсе отринет капрерские бобы и картофель.

Спустя всего лишь несколько месяцев после репортажа в «Современнике», в августе тогда же 1862 г., Гарибальди вновь отправился на отзывчивый Юг, собрал в Сицилии своих краснорубашечничков и двинулся на Рим. Со свойственным ему литературным чутьем он выдвинул новый великий лозунг – Или Рим, или смерть! (По итальянски это звучит лучше – О Roma, o morte!)

Ему казалось, что Пьемонт поддержит его, как и прежде – в 1860 году. Однако Виктор-Эммануил и Кавур, ясно отдавая себе отчет, что Европа еще не готова к сдаче папского Рима, предпочли отдать приказ стрелять в Гарибальди и его волонтеров. Прострелянная нога Гарибальди вызвала сильнейший резонанс в Европе (лечить героя приезжал и Николай Пирогов, чем вызвал на себя высшее неудовольствие). Правительственная пуля (извлеченная позднее) и продырлявленный сапог героя стали символами – они и сейчас производят сильное впечатление, будучи экспонатами музея Рисорджименто в Риме.

Гарибальди, сделавшему Италию, грозил итальянский суд… Но обошлось без оного. Он вновь отправился на свой островок. Всем было ясно, что и теперь не навсегда. Его караулили, почту перлюстрировали.

Гарибальди еще несколько раз уплывал на материк, при самых разных обстоятельствах – то король его награждал и призывал в ряды собственных войск, то арестовывал и принудительно отправлял на ту же Капреру, откуда тот опять (и опять преждевременно) рвался на Рим. В итоге, в 1870 году Вечный Город был взят-таки пьемонтской силой – но без Гарибальди: в тот момент его военные таланты были уже не нужны, не говоря о талантах народного вожака. Новое королевство получило свою столицу.

Военно-политический успех Рисорджименто, который достаточно оперативно одобрила Россия, изменил государственную идеологию империи. Она признала за нациями право бороться против иноземного ига и за свою цельность разными путями, включая «революционный», предложенный Гарибальди. А ведь всего полвека тому назад русское правительство отказывалось поддерживать греческое (православное!) движение, своего рода Рисорджименто Эллады, в борьбе против оттоманов, так как оно якобы противоречило идее Священного Союза. После гарибальдийских походов выступления подданных против своих легитимных государей как будто перестали быть «революцией». Возникла новая пангосударственная идея – свобода нации.

могилы Гарибальди и членов его семьи

… Изголовье кровати, к которой был прикован Гарибальди в последние месяцы своей жизни, и до ныне обращено к морю. Он хотел всегда видеть перед собой стихию, которая призывала и к свободе, и к солидарности. Свой прах он, будучи закоренелым антиклерикалом, завещал кремировать – как жест против ретроградных установлений Католической церкви. Но родственники и друзья, посовещавшись, решили похоронить его, «как принято» – дабы не мешать приходить к его могиле и «добрым католикам». Мне лично кажется, что в итоге они, нарушив его волю, не нарушили его принципы – дабы все соотечественники были вместе, ради единства и целостности независимой нации.

Иллюстрации предоставлены автором

  • Метки Джузеппе Гарибальди, Италия, итало-российские отношения, национализм, рисорджименто, русский консерватизм, Священный союз

Источник: politconservatism.ru

Джузеппе Гарибальди

Джузеппе Гарибальди

Индивидуальные экскурсии в Риме

Джузеппе Гарибальди (Giuseppe Garibaldi) – национальный итальянский герой, легендарная личность освободительного движения Рисорджименто (Risorgimento). Имя революционера превратилось в символ свободы и единения.

Итальянского военачальника называли героем “двух миров”, его славой пользовались многие политики. Фашистская партия Муссолини, партия коммунистов, либералы одинаково почитали патриота Гарибальди и видели в нем родоначальника своих идеологий.

Исторический портрет Джузеппе Гарибальди не померк и после его смерти. Именем итальянца названы улицы в городах многих стран, ему установлены памятники, в память о полководце назван большой итальянский авианосец, введенный в состав флота в 1985 году.

Юность

Вопреки тому, что Джузеппе стал национальным героем Италии, он появился на свет в Ницце (Nice) 4 июля 1807 года.

дом Джузеппе Гарибальди

С 1792 года Ницца была в составе Франции, в 1814 году, когда Наполеон отрекся от престола, она вошла в состав итальянского Сардинского королевства (Regno di Sardegna) и была там до 1860 года. Королевство включало в себя Савойское герцогство (Duché de Savoie), итальянскую область Пьемонта (Piemonte) и остров Сардинию (Sardegna).

Семья, первая работа

Отец мальчика Доменико Гарибальди (Domenico Garibaldi) – моряк из Генуи. Он был капитаном средиземноморского рыболовецкого судна – тартаны, которое называлось “Санта Рапарата” (“Santa Reparata”). Кроме торговли рыбой капитан Доменико занимался водными перевозками грузов между портами Италии.

Мать Джузеппе звали донна Роза Раймонди Гарибальди (Rosa Raimondi Garibaldi). Она была образованной личностью и желала видеть сына студентом духовной семинарии, поэтому наняла ему в учителя аббата Джованни Джаконе (Giovanni Giacone) и офицера в отставке Арена (Arena). Сеньор Арена преподавал итальянский язык, математику и письмо, общаться с ним Пеппино (ласковое прозвище Джузеппе) любил больше всего.

Хотя никакой системы в образовании ребенка не предусматривалось, он всегда учился чему-то новому сам. С детства разговаривая на итальянском и французском, он знал также испанский, греческий, латынь и английский, пытался сочинять стихи.

Джузеппе Гарибальди биография предков особо не интересовала, в изданных позднее воспоминаниях он упоминает лишь об отце с матерью, о старшем брате Анджело (Angelo) и о дедушке по линии отца – Анджело Гарибальди (Angelo Garibaldi). Дед переехал в Ниццу из портового города Кьявари (Chiavari), расположенного в районе Лигурия (Liguria) в провинции Генуя (Provincia di Genova).

Джузеппе не нравилось, что его наставниками являются лица, причастные к духовенству. Он не разделял ожиданий матери по поводу своего будущего, мальчика всегда тянуло в море. В 15 лет юноша все же ушел работать юнгой на корабль. Любознательность и трудолюбие вскоре привели его к должности помощника капитана.

Впервые дальнее путешествие по морю Гарибальди проделал на “Констанце” (“Constanţa”), которая заходила в Россию, в одесский порт. Во времена своей юности, молодой человек посетил практически все берега Средиземноморья, что сильно повлияло на формирование его личности и политических взглядов. В это время в портовых городах Средиземного моря не редкостью были народные восстания, которые постепенно перерастали в национальное движение и распространялись по всей Европе.

Политическая обстановка 20-30 гг. IXX столетия

В 1821 году началось греческое восстание против господства Османской империи. Оно потерпело поражение, но всколыхнуло всю страну, положив начало освободительному движению греческого народа. В 1828 году проходит еще одна волна мелких восстаний в южных горах Италии, на побережье Чиленто (Cilento), которые спровоцировали новые казни и репрессии. В это время Гарибальди тяжело было оставаться в Ницце, атмосфера слежки угнетала свободолюбивый дух, он стремился быстрее покинуть родину и уйти к другим берегам.

Джузеппе Гарибальди

В 1832 году он становится капитаном торгового парусника “Клоринда” (“Clorinda”) и отправляется в плавание на собственном корабле. Незадолго до этого во время своих морских путешествий он узнает о восстаниях в Болонье (Bologna) и Модене (Modena), о казни итальянского революционера Чиро Менотти (Ciro Menotti). Тогда же папа Грегуар (Grégoire) XVI стремится усилить свою власть, добиваясь мирового господства, а австрийские войска совершают все больше репрессий и бесчинств. Гарибальди осознает, что Австрия и римское папство не позволяют объединиться Италии и уже не может бороться с внутренним чувством помочь родине в нелегкое время.

В 1833 году в одном из прибрежных городов Эгейского моря он встречается с Эмилем Барро (Emile Barrault: 1800-1869), сенсимонистом, осужденным и высланным из Франции. Джузеппе взял нового знакомого на борт и довез его до Константинополя. Во время поездки капитан и случайный пассажир много рассуждали о несправедливости и неравноправии по всему миру.

8 апреля 1833 г. гарибальдовская “Клоринда”, перевозя апельсины, оказалась в русском порту. Джузеппе Гарибальди в Таганроге, при посещении одного из питейных заведений, знакомится с итальянским эмигрантом Джованни Кунео (Giovanni Cuneo). Его выступление настолько тронуло и взволновало моряка, что Джузеппе становится членом подпольной революционной организации под названием “Молодая Италия” (“Giovine Italia”). Возглавлял работу Джузеппе Мадзини (Giuseppe Mazzini), с ним Гарибальди чуть позже встретится в Марселе (Marseille).

Начало революционной деятельности

Джузеппе Гарибальди

  • В 1834 г. жаждущий подвигов капитан корабля переходит на службу военного флота Сардинского королевства. Гарибальди назвался Клеомбротом (Kleombrot), его целью была революция и подготовка мятежа. Но заговор не удался, руководство раскрыло тайную деятельность Джузеппе Гарибальди и тому пришлось скрываться от преследований со стороны властей. За измену трибунал вынес ему приговор к смерти через расстрел.
  • С 1835 г. Гарибальди поселяется в Южной Америке и остается там на тринадцать лет под псевдонимом Джузеппе Пане (Giuseppe Pane).
  • Долго оставаясь без средств к существованию, он вынужден был скитаться. Чтобы хоть как-то прокормить себя, итальянец поступил на службу к тунисскому бею. Море и жажда подвигов продолжала манить Джузеппе. И, не найдя более подходящей работы, он становится пиратом. В должности капитана пиратского судна он встает на защиту республики Риу – Гранди (República Rio-Grandense) от бразильских угнетателей.
  • В 1840 году Гарибальди оставляет службу в Риу – Гранди и переезжает с родными в Монтевидео (Montevideo). Попытки организовать мирную жизнь не увенчались успехом. Ни работа торгового агента, ни директорская должность в школе не смогли подойти под характер Джузеппе.
  • В 1842 г. он вновь становится участником движения освобождения, защищая Уругвай от аргентинского генерала Мануэля де Росаса (Manuel de Rosas).

войска Гарибальди

  • В 1843 г. Джузеппе получает назначение командира легиона итальянцев. Так началось формирование будущих войск Гарибальди.
  • Победив в 1846 г. при Сан-Антонио (San Antonio), военачальник становится известным и на своей родине, где его награждают мечом славы.
  • В 1847 г. итальянец встретился с Александром Дюма старшим, прославившим личность Джузеппе Гарибальди в своих произведениях.

Провал революции 1848 года

Джузеппе Мадзини

В период вынужденной эмиграции Джузеппе Гарибальди и Джузеппе Мадзини поддерживали связь. В 1848 г., благодаря изменениям в Италии, у политических заключенных появилась возможность обрести свободу и Гарибальди решает вернуться. Первыми к матери Джузеппе отправляются Анита с детьми, затем возвращается и отец семейства.

Власть монарха и папы под угрозой

В 1831-34 гг. монархом Карлом Альбертом (Carlo Alberto) было подавлено два восстания Мадзини. Страх потерять корону заставил правителя сменить политику и провести ряд реформ, утвердив конституцию. Италия была близка к единению государства. Избрание папы Пия IX (Pius IX) и позволило эмигрантам вновь увидеть родные края.

Новая политика была по нраву вернувшемуся сыну страны и поначалу он, не помышляя о революции, желает воевать с австрийцами и защищать Италию. Но римский папа и монарх боялись решительных действий и заключили с Австрией перемирие. Гарибальди посчитал их унизительными, решив, что будет сражаться не за монарха, а за свою нацию.

В 1849 г. революционеры свергли папу Римского и провозгласили Итальянскую республику. Гарибальди требовал от Мадзини введения диктатуры и видел это единственно возможным способом защиты Рима.

Наступление французов во имя восстановления папской власти требовало принятия решения. Но Мадзини тайно покинул город и отказался от борьбы. 3 июля 1849 года французы заняли Рим. Король отрекся от престола и отбыл в Португалию.

Новый король. Новые надежды

Гарибальди решил не сдаваться. Римская республика пала, но остались верные волонтеры, с которыми он отправился на север. В Венеции они надеялся найти поддержку своим революционным деяниям.

Подойдя к Пьемонту (Piemonte), Гарибальди оказывается арестованным и вновь изгнанным за пределы страны. Целых 5 лет он проводит в одиночестве, дети живут в Ницце с бабушкой. После скитаний по Марокко и Гибралтару, в 1850 г. Джузеппе поселяется в Северной Америке.

В Нью-Йорке итальянец устраивается работником на фабрику свеч, принадлежащую его приятелю Мэуччи (Meucci), затем снова выходит в море на торговом судне в должности капитана. Он побывал в Китае, Новой Зеландии, Австралии, Южной Америке.

А пока на родине под предводительством Мадзини продолжается подпольное движение за свободу нации. Революционные настроения шли на спад и выступления не приносили результатов.

король Виктор Эммануил III и сопровождающие его лица

В 1854 г. Гарибальди вновь приезжает в Италию. Королем Пьемонта стал Виктор Эммануил II (Vittorio Emanuele II) и Джузеппе был готов принести присягу, если монарх продолжит борьбу за единство страны. Но мир с королем поддержать не удалось.

В 1858 г. Италию накрыла очередная волна движения за освобождение. Прьемьер-министр Пьемонта Камилло Бенсо Кавур (Camillo Benso Cavour) готовился к войне с Австрией. Он надеялся вернуть Италии потерянные ранее территории. Тогда же был тайно заключен договор с Наполеоном III, по которому Ницца и Савойя (Savoie) отходили Франции, а монарх поддерживал войну с австрийцами.

Начало объединения Италии

Пьемонтскому правительству удалось уговорить Гарибальди возглавить корпус альпийских стрелков. Под руководством национального героя, отряд разгромил австрийские войска в Ломбардии. Император Австрии Франц-Иосиф I (Franz Joseph I) оказался не в состоянии противостоять объединению сил Франции и Пьемонта и предложил Франции Ломбардию взамен на прекращение военных действий.

Наполеон III вернул Италии Милан и Ломбардию, но взамен забрал Ниццу и Савойю.

Поход “тысячи”

В 1860 г. новая волна народных волнений охватила юг Италии. Начиная с Сицилии, они распространились по всему Неаполитанскому королевству. После долгих раздумий, Гарибальди возглавил поход волонтеров в количестве 1200 человек на юг Италии. Правящему монарху было направлено письмо, повествующее о намерениях захвата территорий во благо объединения государства. Виктор Эммануил II не стал этому мешать.

Ночью, с 5 на 6 мая 1860 года два корабля Гарибальди отправились к берегам Сицилии. 11 мая он провозгласил себя диктатором острова. Сицилия перешла к полководцу, однако тот не передал ее монарху, начав проводить там свои реформы для народа.

битва на реке Волтурно

7 сентября 1860 года был захвачен Неаполь и вновь провозглашено установление диктатуры. В битве на реке Волтурно (Volturno) с Гарибальди были больше тридцати тысяч солдат. Успешные действия захватчиков освободили территорию юга от господства Бурбонов (Bourbon). В ноябре территории переданы Виктору Эммануилу II, а Гарибальди лишился возможности управлять Неаполем. Монарх видел в нем опасного конкурента и соперника.

Поход на Рим

Гарибальди, возмущенный таким предательством со стороны правительства, отдавшего Ниццу, выражает готовность пойти на Рим. Монарх, не желая ссориться с Францией, гарнизоны которого охраняли папу, предотвращает решительные действия народного полководца. Тот подает в отставку и поселяется на Сардинском острове Капрера (Caprera), где приобретает земли для сельскохозяйственных нужд. Скоро весь остров принадлежал ему одному.

Рим и Венеция продолжали оставаться вне Италии и это беспокоило полководца. Роль Джузеппе Гарибальди в объединении родины была не завершенной.

Гарибальди

В 1862 г. монарх предложил народному герою вновь возглавить армию и выступить против австрийцев на Балканах. Но вместо намеченной войны, Гарибальди обратил всю полученную мощь на папские территории. Это не входило в планы короля и он жестоко дал отпор непослушному подданному, выставив против мятежника армию Италии.

Близ горы Аспромонте (Aspromonte) Гарибальди тяжело ранили в ногу, после чего он стал хромать.

Присоединение Венеции и Рима

В 1866 году полководец снова воюет с армией австрийцев, но уже на второстепенных фронтах. Пока основные силы терпели поражение, он добивался побед. После заключения с Австрией перемирия, Италии возвращена Венеция.

В 1867 г. Гарибальди совершил очередную попытку вернуть Рим. Он начал ездить по городам и призывать народ к восстанию. Но откровенные призывы идти на папские земли привели к тому, что Джузеппе был арестован.

Однако, он сбежал из-под конвоя и, собрав семь тысяч добровольцев, снова пошел на Рим. Местное население не поддержало повстанцев и часть из них бежала. Гарибальди вновь потерпел поражение от французского генерала Фальи (Failly) при Ментане (Mentana).

Только в 1870 г. французы вышли из Рима, в связи с началом войны с Пруссией. Итальянские войска заняли Рим и присоединили его к Италии. Гарибальди же, за ненадобностью, сослали на свой остров.

Последние дни

В 1870 г. французы, после падения монархии, пригласили Гарибальди возглавить добровольный национальный отряд движения против прусской армии. Франция была разгромлена, но итальянского полководца продолжали любить и даже предложили ему стать депутатом. Джузеппе это было не нужно, он отказался от предложения и вернулся на домой.

Гарибальди творчество

Последние годы жизни Гарибальди прошли на острове Капрера. Он вел сельское хозяйство, переписывался со многими яркими личностями (А. Герценым, В. Гюго, Дж. Мадзини и другими), писал книги:

  • В 1863 г. был завершен сборник “Автобиографическая поэма” («Poema autobiografico»);
  • “Мемуары” («Memorie autobiografiche», 1872);
  • Роман “Тысяча из Марсалы” («I mille di Marsalla», 1874), повествующие о военных походах, ожиданиях и результатах.

Кроме того, им были написаны два художественных произведения: “Клелиа, или Правительство священников” («Clelia. Il governo del monaco», 1870. В России книга вышла под названием “Иго монахов, или Рим в XIX столетии”) и “Доброволец Кантони” («Cantoni il volontario», 1870). Также он оставил после себя политическое завещание.

Многочисленные ранения доставляли Джузеппе нестерпимые боли. Его мучил ревматизм и артрит, лишь к концу жизни согласился получать пенсию от правительства Италии. Умер национальный герой 2 июня 1882 года. Его могилой стал остров Капрера.

  • Советую почитать про мост Гарибальди (Ponte Garibaldi) в Риме

Семья

Д

В период военного нападения на Лагуну (Laguna) в 1839 г. Гарибальди встречает юную девушку Д’Анинас Рибейро да Сильва (D’Aninas Ribeiro da Silva), в которую влюбляется без памяти. Анита (Anita) отвечает ему взаимностью, хотя на тот момент она является замужней женщиной.

В октябре 1839 г. Анита уходит от законного супруга и ступает на шхуну “Рио Парда” (“Rio Parda”) спутницей Гарибальди. С этого дня она поддерживает его во всех войнах и сражениях, достойно перенося невзгоды и лишения жизни изгнанников.

Победы и поражения преследуют Гарибальди друг за другом. Во время одного из отступлений Анита, уже вынашивая их сына, с оружием в рукам шла рядом со своим любимым мужем через лес. В 1840 году родился их первенец Менотти (Menotti), которого приходилось заворачивать в платок отца.

Через полторы недели после родов вражеские солдаты нашли молодую маму с ребенком и им пришлось спасаться бегством верхом на коне. Девушка держала новорожденного малыша перед собой в седле. Впоследствии Анита родила еще троих детей: в 1843 г. – дочку Розиту (Rosita), в 1845 г. – дочку Терезиту (Teresita), в 1847 г. – сына Рикотти (Ricotti).

В 1849 году во время перехода в Венецию не выдержав физических нагрузок, беременная Анита умирает от малярии на руках у мужа неподалеку от Равенны (Ravenna). Не имея возможности похоронить любимую, он продолжает двигаться дальше.

  • Советую почитать про уникальный памятник Аните Гарибальди в Риме

В 1860 г. состоялась вторая свадьба Гарибальди. Он встречался с Джозеппиной Раймонди (Giuseppina Raimondi), но оставил девушку в день свадьбы, узнав о ее беременности от другого мужчины. Брак признали недействительным только в 1879 г.

В 1864 г. полководец посетил Англию. Историческая характеристика Джузеппе Гарибальди описывает его и как деятельного патриота-революционера, и как большого любителя женского пола. В Англии его поклонницами были Эмма Роберте (Emma Roberte), графиня из Италии Мария делла Торре (Maria Della Torre), двадцатидвухлетняя журналистка (подруга и биограф) Джесси Уайт Марио (Jessie White Mario). Но ни с кем из них серьезных отношений не получилось.

Джузеппе Гарибальди

Гарибальди нравилась одна писательница, супруга банкира, Мария Эсперанса фон Шварц (Marie Espérance von Schwartz) и он делал ей предложение стать своей женой, но та ответила отказом.

Осознавая свое политическое положение, полководец стал проводить время на выкупленном острове. Там же жила кормилица его внучки – Франческа Армозино (Francesca Armosino), ставшая вначале его гражданской, потом законной супругой. В 1867 г. крестьянка родила ему дочь Клелию (Clelia), после неё еще одну девочку Розу (Rósa), которая умерла в младенчестве. В 1873 г. родился сын Манлио (Manlio).

Памяти Джузеппе Гарибальди

Мужчина со светлыми волосами среднего роста (около 170 см), прямым носом, высоким лбом и карими глазами не мог и предположить, что оставит столь яркий след в мировой истории.

Памятник Джузеппе Гарибальди

  • В 1870 г. в Ницце появилась площадь Гарибальди (Place Garibaldi), на которой установлена скульптура знаменитому уроженцу города. Памятник Джузеппе Гарибальди создан по проекту скульптора Антуана Этекса (Antoine Étex) другим скульптором Жан-Батистом Делойе (Jean-Baptiste Deloye). Фигура полководца стоит на высоком постаменте в центре фонтана во весь рост, опираясь на меч. По бокам от него расположились два льва.
  • В 1885 г. в Верхнем городе итальянского Бергамо (Bergamo) на месте демонтированного фонтана на Старой площади (Piazza Vecchia) был установлен памятник Гарибальди в полный рост. В начале двадцатого века его перенесли в Нижний город на площадь Rotonda dei Mille.

монумент Джузеппе Гарибальди на коне

  • В 1893 г. в Генуе (Genova) на площади Феррари (Piazza De Ferrari) воздвигнут монумент Джузеппе Гарибальди на коне. Статуя из бронзы выполнена скульптором Аугусто Ривалта (Augusto Rivalta).
  • В 1895 году скульптор Эмилио Галлори (Emilio Gallori) завершил работу над скульптурой Джузеппе Гарибальди на коне. Памятник установили на высоком пьедестале на площади Гарибальди (Piazzale Garibaldi) в Риме. Площадь находится на самом высоком холме Рима – Яникул (Mons Janiculus) и представляет собой одну из лучших смотровых площадок города – там всегда много местных и влюбленных.Немного ниже на холме воздвигнут памятник Аните Гарибальди, его первой жене. Женщина изображена в седле и с младенцем на руках.

Джузеппе Гарибальди

  • В 1895 году был установлен еще один памятник Гарибальди в Милане, на Piazza Cairoli. Автором скульптуры стал Этторе Хименес (Ettore Ximenes), он выполнил ее из бронзы. Полководец изображен верхом на коне, а по обе стороны от него стоят Свобода, с мечом в ножнах и Революция со львом.
  • В честь памяти о подвигах героя в Италии в 1899 г. построен броненосный крейсер “Джузеппе Гарибальди”.
  • В 1900 г. в Болонье (Bologna), на площади Независимости (Via Independenza) открыт памятник Гарибальди. Статуя из бронзы является работой скульптора Арнольдо Цокки (Arnoldo Zocchi). Итальянец изображен сидящим в седле.
  • В 1985 г. на воду спущен авианосец “Джузеппе Гарибальди”.
  • В 1961 г. в Таганроге, неподалеку от порта, администрацией города возведена стела высотой 5,5 метра, посвященная памяти Гарибальди с его барельефом. Первоначальный вариант был сделан из кирпича, а в 1990 году новая стела уже отлита из Бронзы. В 2007 г. барельеф заменили на бюст. На сегодня это единственный памятник Гарибальди в России.

Фигура Гарибальди на скале

  • Но самым красивым памятником является скульптура в Венеции, установленная в районе Кастелло (Castello), рядом с общественными садами. Создал ее скульптор Августо Бенвенутти (Augusto Benvenutty) в 1885 году. Фигура Гарибальди располагается прямо на скале, под ней его последователь и лев.

Интересные факты

Джузеппе Гарибальди

Источник: italy4.me

Рейтинг
Загрузка ...
Центр туризма